Список форумов webtut Форум Театра Юношеского Творчества
  FAQ  |  Поиск |  Пользователи |  Группы |  Регистрация 
  Данные пользователя |  Войти и проверить личные сообщения |  Вход 
Список форумов webtut

капитан Коршунов и инспектор Лосев
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов webtut -> Наши увлечения
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
НекрЫсь
Лесник


Зарегистрирован: 11.08.2003
Сообщения: 16479
Откуда: СПб

СообщениеДобавлено: Сб Апр 21, 2018 6:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Знаете... Вот ругал я югославские детективы, ругал румынские... Белорусам и сибирякам доставалось - ну конечно, не все же великие Шведы, Англичане или Латыши. Но то, с чем я столкнулся в болгарском детективе, как тот Берман - за гранью добра и зла.

Сначала я попытался прочтитать Богомила Райнова. И не шмог. Я понимаю, что тогда, в социалистической Болгарии было очень круто полкниги читать про сбежавшего на запад диссидента, удивляясь, как это вообще напечатали, а потом - бац - понять, что он наш парень, кагэбешник и боец первой конной. Хорошо понимаю. Но поскольку я не в болгарии, не в семидесятые, и догадываюсь уже с самого начала, всю эту шпионско-консульскую нудятину я пережевать не могу. Неосмотрительно купил две книжки, ни одну не прочел.

Но это-то ладно. У Аркадия Адамова есть, как я уже говорил, кроме детективов, книжка-теория, где он разбирается в детективном жанре, разбирая произведения коллег. Книга очень, я бы сказал, вежливая, автор постоянно помнит, что при любой резкой формулировке ему живо припомнят "Последний бизнес" или "Вечерний круг". Так вот, про Богомила Райнова Адамов высказывался очень уважительно, и в его пересказе "Плохая погода" даже интересно выглядит. А завершая разговор о детекттивах из соцлагеря, Адамов предельно корректно заметил, что "есть еще много примеров, но я сейчас не буду их все перечислять. Вот например, книги про Аввакума Захова, отличаются некоторой фантастичностью главного героя, очень похожего на Шерлока Холмса".

И я конечно тут же решил посмотреть на этого болгарского социалистического Шерлока Холмса.
Пишта, милый Пишта. Я знаю, что "Проснись и пой" не болгарская пьеса, но почему-то я думал именно про нее, пока пробирался по повести "Убийство на улице Чехова".
Точнее сказать, Антона Павловича Чехова. Все герои книги так и стараются подчеркнуть, что Чехова читали, что соседняя улица имени Дзержинского, что социализм это хорошо. Но это бы ладно, такое могло быть и у Адамова. Несколько сложнее свыкнуться с ощущением, что все герои - водевильные. Они всё время излагают события от первого лица, но поскольку событий страшно мало (зарезали сотрудника института Гриппа, у того были гости, гостей допрашивают) в основном герои демонстрируют свои недостатки. Инспектор угрозыска как бы Лестрейд, он всё время говорит, что "ждет повышеньице", что "хотел бы защелкнуть наручники, а уж на ком, вопрос второй" и бесконечно ревнует к карьерному повышению своих помощников Манчева и Данчева ("Ревизора" автор тоже читал), А тридцатилетний ветеринар это как бы Ватсон - он всё время рассказывает, какой он смелый, в то время, как редкий трус, рассказывает, что старый холостяк, в то время, как мечтает только о женщинах, и восхищается своим гениальным другом. А гениального друга, который как бы Холмс, почти что и нет. Он один раз появляется сидящим у камина с трубкой в зубах, потом пропадает до финала, где звонит самому главному милиционеру и говорит - я повязал убийцу.
Но всё это еще цветочки, по сравнению с тем, кто этот убийца. Убили, повторяю, профессора-микробиолога, подозревают его знакомых. Говорят, что зять мог позариться на недвижимость, коллега на "формулу вакцины от гриппа". Неутомимые Данчев и Манчев высказывают идеи, вроде - его зарезали по ошибке, вот в соседнем доме живет инженер, которого могли зарезать. А оказывается.... Нет, не могу, дайте мне содовой... Оказывается, что профессор накануне ходил в магазин, поругался с кассиром за сдачу. И кассир случайно проходил по лестнице, когда профессор вышел в прихожую, а дверь была приоткрыта. Увидел, ну и зарезал конечно...

Как, черт возьми вы про это догадались, Аввакум? Элементарно, друг мой, я пошел в тот же магазин и посмотрел на лицо кассира, кстати я увольняюсь из КГБ! Вот так, внезапно и закончилась эта запутанная...

Если это прикол, могу сказать одно: я не смеялся, другари.
_________________
I'm Reviewing,
The Situation...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора AIM Address Yahoo Messenger MSN Messenger
НекрЫсь
Лесник


Зарегистрирован: 11.08.2003
Сообщения: 16479
Откуда: СПб

СообщениеДобавлено: Вт Май 01, 2018 2:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Если болгарский детектив показался мне анекдотом, то следующая книжка попавшая мне в руки оказалась анекдотом с каким-то кошмарным привкусом.

Нет, ну действительно – вы когда-нибудь читали советский детектив, написанный женщиной?

Это ведь не сегодняшнее время, когда «дамские иронические детективы» в мягких обложках лежат горками в любом метро. Это другой вопрос, что к детективу большинство из них имеют такое же отношение, как женская логика к логике. Есть и меньшинство – вроде тетенек работавших в прокуратуре, или по другим причинам способных мыслить если не здраво, то во всяком случае последовательно. То же касается и зарубежных авторов, за которыми стоит глыба в виде сухонькой мисс Марпл, вернее ее толстенькой создательницы.

Но советский женский детектив? В – простите – пятьдесят шестом году, когда еще не было детективов в принципе, когда в словаре иностранных слов «детектив» это «низкопробная буржуазная…». Когда еще Аркадию Адамову не дали добро идти поглядеть МУР и он еще разминался рассказывая о приключениях старателей?

Но была в то время серия, как сказали бы сейчас «покетов» книжек карманного формата, из серии «Военные приключения». Меня с ними познакомил Алексей Лавреев, у него таких было две. Одна была болгарская, или румынская – горячечный бред про то, как школьник подобрал на улице ручку с нарисованным черепом, а в этой ручке вражеский агент нес радиоактивную руду. Другая «Бумеранг не возвращается», которая при всей пошлости названия оказалась куда менее пошлой. То есть это было типичное советское «про шпионов», но там по крайней мере подозрительный с самого начала американец с лицом дяди Сэма оказывался честным человеком.

Позже я эту серию встречал, в московских букинистических магазинах, но никогда не покупал. Во-первых она, кажется малотиражная, и поэтому автоматически идет у букинистов по безумным ценам. Во-вторых там напропалую печатали китайские, монгольские и чуть ли не албанские шпионские детективы, а такое печенье даже мой луженый желудок может не переварить.

Но вот я держу в руках книжку «Конец большого Юлиуса», сочиненную какой-то Татьяной Сытиной. Чтобы обойтись без дополнительной интриги, сразу скажу, что навел справки. Это была профессиональная писательница, в сороковом году закончившая Литинститут, всю войну проработавшая военкором, а к пятидесятому году ставшая одним из секретарей союза писателей. То есть функционер, но не дилетант, не с сельского хозяйства брошенный. Самая известная ее работа это сценарий фильма «Неподдающиеся», да, того самого, где главную роль сыграла моя горячо любимая Надежда Румянцева. Надо полагать, что если женщина сочинила сценарий про такую героиню, это значит, что на героиню она была чем-то похожа, или хотя бы хотела быть похожей. Это, конечно, симпатично.

И вот она, значит, написала шпонский детектив про Большого Юлиуса.

Когда я начал читать книжку, я уж было подумал, что сегодня день девочек. Потому что первые страниц этак двадцать мне просто-таки понравились. Да не просто понравились, я стал судорожно вспоминать, кто в пятидесятые, а хотя бы и в шестидесятые годы писал что-то похожее, и припомнить не смог никого, кроме, разве что Гр. Адамова с его тайной двух океанов. Я пока не про сюжет говорю. Я говорю о том, что остросюжетную литературу тех лет отличает редкое техническое убожество, сравнимое разве что с современностью. У Татьяны же Сытиной с техникой всё не просто хорошо, а очень хорошо. Судя по всему в сороковом году, при Константине Федине в литинституте действительно учили и не только классовому подходу. В «Конце Большого Юлиуса» есть диалоги! Не обмен дежурными репликами, похожий на машинный перевод, а живые, убедительные человеческие диалоги. Если не вдумываться в то, о чем говорят персонажи, то, что они говорят хоть сейчас ставь с актерами или снимай в кино.

Более того. Эта Татьяна Сытина грамотно, в начале, а потом еще дважды по ходу романа вводит эпизоды настоящего триллера. И найдены они, надо признать, просто мастерски. Сколько мы читали-смотрели всевозможных вариаций на тему «Эха войны»? Там в самом начала нам намекают, что некий Дросов, или Дальберг, или Золотицкий, или К-кротов во время войны был страшным зверем, и многих убил. Теперь через много лет, его нужно найти.
С разной степенью мастерства нам снова и снова рассказывают о концлагерях, колючей проволоке, расстреле партизан. Умом мы понимаем, что военное преступление опаснее уголовного, но не так уж мы и боимся этого Дросова-Дальберга.
У Татьяны Сытиной роман начинается вроде бы так же. Где-то там в конце войны какой-то злодей ударил девушку кирпичом и убежал от толстого лейтенанта. Видимо он был гад.
Нам не страшно. Бывшего толстого лейтенанта нашли мертвым, мы понимаем, чтоб не опознал, но нам всё еще не страшно. И Татьяна Сытина находит нам эту девушку, и оказывается, что девушка выжила, и помнит, как «позвала на помощь такого толстенького лейтенанта, а потом ничего не помню…» И тут оказывается, что он ударил ее кирпичом в лицо. И лучше бы он ее убил, потому что лица у нее не осталось.
Понимаете, да? Срабатывает неожиданный козырь. Мужчине-писателю не придет в голову пугать тем, что девушку не убили, а изуродовали. С точки зрения мужчины – выжить всегда лучше, чем умереть. А вот писательница считает, что это не всегда так, и хотя мужчина-читатель и не может представить себе судьбу той девушки, которую кирпичом по глазам, некий отголосок ужаса задевает.
А второй момент триллера настолько прост, что даже удивительно, как его никто больше не использовал. Наш, хороший чекист идет на встречу с негодяем. Наш чекист опытен, хладнокровен и подготовлен ко внедрению куда лучше Шарапова. Чекист притворяется связником, у него все козыри, его прикрывают товарищи, операция продумана до тонкостей. Чекист переигрывает негодяя. Негодяй думает, что ему этот парень нравится, что этот парень скорее всего не чекист, прожженный циник и уголовник, именно то, что требуется.
Мимо проходит подросток с удочками.
Негодяй думает, что береженого бог бережет, и бьет подростка ногой в живот.
Ни у одного из суровых мужчин-детективистов не нашлось такого простого и действенного способа выявить чекиста. Шутки конечно шутками, но можно даже не читать следующий абзац, мысль единственная: чекист не жилец. Я могу припомнить для сравнения только единственный удачный момент в дурацком в общем-то фильме «Залечь на дно в Брюгге». Это чистая правда. Киллер, увидевший, как человек, которого он идет убивать приставляет пистолет к виску, закричит – «Что ты делаешь, балбес?». Чекист при котором начинают бить ребенка вцепится в злодея, как бы он прекрасно не разыгрывал циника-уголовника.
Чекиста тут же убивают, прямо на глазах группы прикрытия. Татьяна Сытина словно бы нарочно сочиняет жестче, чем любой «Бумеранг». В «Бумеранге» пределом жестокости вражеского шпиона было – опоить советскую студентку сидром и лишить девственности на фоне голубя мира.
В общем, хороший мог бы получиться женский детектив. Не хуже мужских, хотя бы.
Но не получился. Получилась кошмарная книжка.
И не совсем не в том главная беда, что несмотря на всю жесткость, хорошо видно, кто сочинял, мальчик или девочка. Это – ну да – забавно, что каждый персонаж, который появляется сначала рассказывает о своей маме, как она его воспитывала, потом о своей жене (с которой ужасно повезло) или своем муже (с которым просто беда), а завершается все детьми. Почти у всех героев книги есть дети. Плохие, хорошие, живые, мертвые, взрослые, пропавшие без вести. Дети есть у героев и предателей, у генералов, сержантов, и даже у подлого американского посла, который «побагровев от ярости делает с ней домашнее задание по алгебре». С детьми постоянно приключаются беды, они кашляют, влюбляются, спотыкаются о порожки, ломают ноги на всю жизнь. Дочка посла «проглотила большой осколок стеклянного стакана», который «вошел глубоко в мягкие ткани» и теперь, спасшие ее советские врачи «кормят ее через зонд» и требуют, чтобы ее отец немедленно убирался из нашей страны.
В общем, я бы сказал, что значительную часть книги занимают треволнения дамы средних лет, у которой дети в общем-то ничем не болеют, но мало ли что бывает, вот мне недавно рассказывали…
Это забавно. Это даже в чем-то мило. Точно так же мило выглядит всё, что относится к технической и даже научной стороне сюжета. Сыр бор разгорелся из за гениального открытия советских физиком и вирусологов (просто куда не сунешься, всюду вирусологи), и это открытие враги социализма и всей планеты – американцы, хотят взорвать к чертовой бабушке. Татьяна Сытина всю эту науку описывает, как сказали бы сейчас «по википедии». То есть она знает, что в бомбе есть «два покрытых изоляцией кубика, которые перед взрывом должны соединиться», но что это за кубики не знает, да и нам не советует. В результате смелые чекисты, проникнув в гнездо врага, и ловко отвлекши его любовницу покупкой туфель (на цельном пробковом каблуке, как вы не понимаете!), вскрывают эту изоляцию, вытаскивают смертоносные кубики, заменяя их «точно такой же по виду мастикой», а потом запаивают металлическую оболочку и, чтобы скрыть сварочный шов «Тщательно полируют металл бархатной тряпочкой»).
А бомба эта, кстати должна быть доставлена к нашему заводу при помощи дрона. Самого настоящего дрона, если судить по описанию, почти такого же, который позавчера сбили у дворца Саудовского короля. Долетел-таки.
Вообще антураж этой шпионской истории написанной – внимание! – шестьдесят два года назад, просто до ужаса современен. Из страны высылают дипломатов, стыдя за подготовку диверсий-убийств при помощи нервно-паралитического яда, до чего же, говорят, надо докатиться, чтобы дипломаты занимались такой мерзостью. Глупая и слабая Германия робко, но всё же понимает, что погибнет, выполняя указы заокеанских хозяев. Прогрессивных английских ученых суровые британские сатрапы не пускают в социалистическую Чехословакию на симпозиум. В Крыму всё кишит от дьявольских диверсантов, которые, обрывая стропы парашютов так и лезут убить и взорвать хоть что-то на Российской земле, чтобы хоть ненадолго отсрочить наступление прочного мира во всём мире. Любой советский человек, если он конечно не туповатый студент и не наивная юная еврейка, а скажем, сталевар, полковник артиллерии или заслуженный артист оперы, просыпается с мыслью о сложности международной обстановки, о том, что Америка мечтает уничтожить границы государств, хотя даже Гитлер, уж на что спорная фигура, понимал, что надо радеть за свою нацию…
Стоп. Это уже не мило и не забавно.
Татьяна Сытина женщина, но она в то же время профессиональный литератор. Она отдает себе отчет в том, что лучше не рассказывать принцип действия атомной бомбы, если плохо в этом разбираешься. Но она же пишет политический детектив, и не может обойти вниманием вопросы идеологии. И тут она поступает как настоящая женщина – верит до конца сама, и других пытается убедить если не логикой, то криком, если не криком, то сковородкой.
Эту книжку, с небольшими исправлениями прекрасно можно было бы сейчас вручить нашему МИДу, или нашим идеологическим кураторам. Добавь сюда слова вроде «печеньки», «хохлобандеровцы», «либерасты», поменяй марки машин и никто не заподозрит, что это не продолжение «Господина Гексогена» или не твит Марии Захаровой.
Я вот иронизировал над моментом в «Изгнании владыки», где советский чекист вычислял заброшенного на Кубань шпиона по потоптанным колосьям на колхозном поле – ясно же как день, что ни у одного советского человека не поднимется нога наступить на хлебный колос, а вражеские шпионы только по хлебным колосьям и ходят. Но там это был единичный прием, в целом сыщик всё же мыслил, умозаключал, улики собирал. У Татьяны Сытиной это основной момент дедуктивного метода главного героя, в звании полковника. Он постоянно делает безошибочные выводы, все кругом, как и полагается восклицают, «Как, черт возьми, Холмс, вы узнали?». А местный Холмс по фамилии Смирнов, втолковывает им, как детям малым: элемантарно! Вот, допустим, таксисту дали десять рублей сверх счетчика, чтобы он ехал побыстрее. Ну разве не понятно, что настоящие советские люди, поголовно трудяги, и добытыми солёным потом десятками не разбрасываются. А значит в такси ехал враг, или пособник врага, или по крайней мере потенциальный пособник врага. А вы, таксист, куда смотрели? Вы кто, трус, или подлец? Я, товарищ полковник, бормочет обалделый таксист, только сейчас обо всём этом подумал… А не поздно ли вы научились думать? – орет полковник.
Полковник орёт всё время и на всех, кроме своего начальника – подтянутого тридцатилетнего генерала, который так загадочен, что у него даже фамилии нет. А у полковника кроме фамилии есть еще бесконечные претензии ко всем, кого он встречает в своей насыщенной событиями жизни. Он никого, ну буквально никого не пропустит: он всем делает замечания, порицания, поучения и наставления. Ему говорят «товарищ полковник, разрешите я объясню…» он неизменно отвечает «нет уж, не надо ничего объяснять, я сам еще не всё вам сказал».
Можно было бы восхититься профессионализмом, чуть ли не предвиденьем. Это ведь современный подход – сделать доктора Хауса склочным, неприятным хамом, и таким образом привлечь симпатии циничных зрителей. Книжный магазин Блэка. «Шерлок» хамящий всем от полицейских до бедолаг по которым он ходит ногами… В советском детективе таких жлобов в главных героях не сыщешь днем с огнем.
На самом деле это никакое не предвиденье. Просто Татьяна Сытина мыслит, как сценарист, а первая заповедь сценариста – конфликт. И хотя конфликт это не обязательно скандал, но скандал – всегда конфликт и поэтому интересного героя сделать легко, если только придумать почему он все время на всех крысится.
Полковника Смирнов задумывался очевидно, как «строгий, но справедливый» энкаведешник, которому главное не показаться сусальным и добреньким. Вообще-то в советских детективах все начальники суровые, но этот, я бы сказал современным языком – просто тролль, причем тролль активный, он всеми недоволен. Он слишком хорошо представляет, какая опасность грозит Родине.
И говорит и говорит. Черт возьми, перед операцией по захвату диверсанта, он зовет к себе майора, и волнуясь – как не волноваться – говорит:
- Я знаю, вы и ваши ребята – люди надежные. Но, очень прошу, соберите их всех и каждому – каждому! – еще раз как следует расскажите о международном положении.
Татьяна Сытина знает и другие ловкие приемы. Чтобы зритель-читатель не бурчал себе под нос рискованные вопросы, она их старается перехватывать.
Юная еврейка, например (на полстраницы описывается, до чего она некрасивая, но в чем то неуловимо милая) имела глупость не сообщить, что у нее бабулька была лисой, а мама – шпионка и распутница. Она это знала, она это осуждала, но не сообщала.
- Вы что, ребенок малый? – напускается на нее полковник. Но девушка из этих, из современной дерзкой молодежи, она возьми и ответь.
- Так вы же ее посадите!
Полковник отвечает с расстановкой, прямо цитируя фильм «Гоголь. Вий» 2018 года.
- Здесь Советский Союз. Здесь никого никогда просто так не сажают!
А окончательно распоясавшаяся девчонка ему:
- А между прочим, Берия сажал…
Год издания 1956. Берия – чтоб не спутать, английский шпион, а Сталин молодчина.
Ну щас он ей вмажет!
- А не задумывались ли вы, девушка, что в любом государстве враги рвутся к власти. И как вы думаете, почему такой подлец, как Берия рвался рвался, да только сам нарвался? А? А??? Да потому, что он – единичное явление, а в целом у нас никого никогда просто так не сажают. А в других странах сплошные Берии. Гитлера забыли? Забыла или нет Гитлера, морда студенческая?
- Я… честно говоря… в таком ключе… это не рассматривала… - шепчет девушка.
Маму он её все-таки посадил. Причем девушка сразу поняла, что так той и надо, потому что на свидании «в глазах матери отсутствовал материнский инстинкт», проще говоря бедная женщина ничего не говорила дочери, чтобы ту не замели следом.
Но это единичный случай. Потому что если что Смирнов и делает с большей охотой, чем ругает, так это прощает и отпускает. То есть, как сказать, они конечно все сядут, но с огромными скидками по срокам, с чистой совестью, и снабженные километровыми наставлениями Смирнова о том, почему они все такие плохие, а он хороший.
Единственный человек в мире, чье превосходство над собой Смирнов однозначно признает, это его жена – удивительная, сильная женщина. А вы думали, что у главного героя нет семьи? Да бросьте! У него настоящая, полноценная семья, в смысле сын недавно сорвался с турника, сломал ногу и находится в депрессии. Так вот жена полковника Смирнова посылает его за хлебом в булочную на костылях, а Смирнов, так пожалуй бы не смог.
Ощущение такое, что Татьяна Сытина добросовестно и профессионально прошла путь Аркадия Адамова до Аркадия Адамова, то есть побывала на допросах, на операциях, познакомилась с несколькими сотрудниками госбезопасности. Увиденное показалось ей далеким от сусальности и даже от георических рассказов Льва Шейнина про самого себя. Татьяна Сытина блестяще воспроизвела атмосферу, характеры – конечно с поправкой на жанр. Но дальше – дальше была идея. И если Гр. Адамов и сын его Аркадий, чувствовали разницу между идеологией и идеей, поскольку идея это то, чем будет зачитываться мальчишка, а идеология это то, о чем будет вещать дяденька, то Татьяне Сытиной взять это понимание было неоткуда. Личный опыт у писательницы богат, но он касался волнения за детей и степени влияния жены на мужа. Социальный же опыт у бывшего военкора был не свой, заемный. Она посмотрела последние указания о том, что должен сообщить политический детектив электорату, и добросовестно рассказала об ужасах глобализма. В этой системе координат, в ситуации тонущего корабля, где через все борта лезут шпионы, а изо всех щелей бегут крысы, недостойные звания советских граждан, полковник Смирнов конечно положительный главный герой, только трагичный, потому что корабль уйдет на дно вместе с ним. В мало-мальски же реальном мире послы не орут на дочерей из за нерешенной задачки, свинец не полируют бархатом, и покрытые перхотью портные с Кузнецкого моста не мечтают о том, как купят рабовладельческое поместье на Урале после того, как американцы перестреляют всех коммунистов в Москве.
Эту книгу переиздали только однажды – в аналогичной нашим «военным приключениям» украинской «библиотечке приключений и фантастики». Больше никто про нее не слышал. «Неподдающиеся» знают все. И наверное, слава богу. Может даже сама Татьяна Сытина, будучи, как я подчеркну еще раз, настоящим профессионалом, и сильным литератором, свалив с плеч честно выполненное задание, поняла это.
Верно говорил Солженицын про то, что следователь НКВД профессия мужская, но уж если этим занялась женщина, то всё – туши свет.
_________________
I'm Reviewing,
The Situation...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора AIM Address Yahoo Messenger MSN Messenger
НекрЫсь
Лесник


Зарегистрирован: 11.08.2003
Сообщения: 16479
Откуда: СПб

СообщениеДобавлено: Чт Май 10, 2018 11:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

И вновь белорусский детектив. На этот раз мне достался автор про которого даже в Википедии значится, что он один из крупнейших белорусских прозаиков двадцатого века, сделавшим для литературы Белоруссии то же, что Вальтер Скотт для Англии. Поэтому я долго думал, что написанные им "исторические детективы" это всё-таки не совсем детективы, а что-то серьезное. Оказалось, что это серьезные, очень серьезные, в смысле хмурые и основательные, но детективы. Только странные.


Роман называется "Черный замок Ольшанский". Еще этот автор написал повесть по которой снят фильм "дикая охота короля Стаха", его, если мне не изменяет память, Эрик считает первым отечественным триллером, и триллером хорошим. "Охоту" автор написал в 1958 году, будучи молодым человеком, "Замок" двадцать лет спустя, за четыре года до смерти. Прожил он мало, столько же, сколько Ленин. По "Замку" тоже снят фильм, который я тоже не видел.

Так вот, если всё это верно, то с белорусской "мастацкой" литературой мне теперь даже как-то тревожно. Чего-то в ней категорически, на мой вкус, не хватает и очевидно - самоиронии.

В романе есть шутки. В романе полным полно шуток, потому что главный герой очень ироничен, он иронически описывает всех, от полковника до дворника. Он и себя не жалеет, всё время называя себя "ослом" и "орясиной" (не забывая правда добавить, что скоро будет доктором наук). Но это не мешает роману быть, я бы сказал, необычайно пафосным и лишенным самоиронии, то есть авторского отношения к жанру, как к игре. Зачастую в детективах этого бывает слишком много. Тут мало, убийственно мало.

Не будь этого "Замок Ольшанский" мог бы считаться одним из самых необычных советских детективов. Он, хотя и схож с хорошо известными клише "эхо войны" и "пограничная готика", сочетает в себе массу качеств которых в советских детективах днем с огнем не сыщешь.
Прежде всего главный герой, частный детектив, то есть "случайный сыщик", человек, принужденный вести расследование волей обстоятельств.
Во-вторых, роман проникнут совершенно отчетливым национальным колоритом, естественно Белорусским, думаю позволь себе такое эстонец или молдаванин, лежать бы тексту ненапечатанным. Причем пафос тут не столько сепаратистский, мы мол, маленький народ, придавленный северным соседом... Нет, тут другое... Постепенно становится ясно, что автор собственно не отделяет белорусский народ... от польского и литовского... считает его полноправным наследником Речи Посполитой - шляхтичами, ну или хотя бы повстанцами против шляхтичей... Соответственно "москвичи" это просто одни из соседей, вроде как "латыши" или "шведы", а настоящая-то история уходит корнями в землю тут. Соответственно возможны и мелкие нарушения шаблонов, вроде положительного и самоироничного ксендза, который мрачно шутит: "Я рука Ватикана".
Очень необычно - какой-то мир параллельных ценностей, полное нарушение заповедей. Видимо тут и заключается Вальтер Скотт. Более того, возникает стойкое ощущение, что автору позволялось это писать в Белоруссии при условии некоторого ограничения его всесоюзной известности.
Возможно поэтому в-третьих, в романе удивительно много для советской книги нецензурных слов. Они конечно обозначены начальными буквами с многоточием, но строго говоря, герои сквернословят примерно на уровне нынешних богемных театриков средней степени отмороженности. Я право же не знаю, как это смотрелось в советское время - локальным снижением уровня цензуры, нациольнально-филологическим колоритом или просто личным пристрастием автора, но уверен, что читателями это тогда воспринималось с гораздо большим интересом, чем сейчас именно потому, что сейчас мат вслух это гламурная пресыщенность, а тогда вполне могло и за реализм сойти. Ну как "Остров Крым", скажем.

Этим, я бы сказал, эксклюзивом, достоинства романа не ограничиваются. Здесь, в полной мере реализован и другой важный принцип, сторонником которого я являюсь, а именно - "Детектив не должен бояться быть прозой". Отдавая должное талантам Кристи, Гарднера и Стаута, мы всё-таки соглашаемся, что романы Кольберга, Сименона и Макдональда, пожалуй полноценнее, поскольку кроме логической задачи в них читаются характеры, драма, эпоха, страна. Детектив не обязан быть "Преступлением и наказанием", но он не обязан быть и беллетристикой.

"Замок Ольшанский" - проза. Здесь есть хорошие диалоги, яркие характеры, превосходные пейзажи и убедительные экскурсы в историю.
Но этого всего здесь слишком. Так слишком, как будто виртуоз-чечеточник пытается станцевать со штангой в руках.

И парадоксальным образом эти высококачественные добавки к детективу отбрасывают собственно детективную составляющую в какую-то совершенно примитивную компанию.

Среди огромной когорты главных героев детективных произведений, есть определенная группировка Сыщиков Которыми Все Восхищаются.
Сыщик в детективе вообще-то уникальный человек, начиная со времен Дюпена и Холмса - это верно. И иногда он вызывает восхищение - спору нет. Но важно понимать, у кого он вызывает это восхищение.
Шерлок Холмс за один рассказ совершает до десяти потрясающих достижений интеллекта: делает блестящие выводы, проявляет глубокие знания, оказывается мужественным, несгибаемым, добрым и т.д. И один-два раза при этом Ватсон скажет "до чего всё-таки у меня умный друг", или Лестрейд обронит "признаю, это круто". Соотношение тут один к десяти в пользу восхищения читателем.
А я говорю про других сыщиков. Про какого-нибудь Эллери Квина, или Рутайбиля. Их основной метод расследования - куда-нибудь приехать и поселиться. После этого они обычно ничего не делают, вообще ничего. Они там есть. А поскольку там есть и преступник, он тут же пугается, начинает совершать ошибки, сочинять сыщику загадочные записки, нападать, убивать и похищать. Это, даже при полной неподвижности, дает сыщику зацепки и рано или поздно преступника он ловит, при этом восклицая что-то вроде "клянусь, я сам не знал, как его поймать". Вот ведь есть чем гордиться. Но сыщик гордится, и все вокруг тоже им гордятся, называют великим, проникаются любовью, намекают на продолжение.

Главный герой "Замка Ольшанского" в полной мере такой сыщик. Он полон всяческих достоинств - он молод, умен, красив, высок, спортивен, эрудирован. Он воевал. При этом он не зазнайка, то и дело, даже в авторских размышлениях позволяет себе крепкой словцо с многоточием, пьёт, курит, обзывает себя идиотом, стариком, уродом, рохлей, бабником и букой. В него влюбляются, причем безумно все женщины, которые в романе произносят более трех реплик. Таких женщин там две, одна от любви сводит счеты с жизнью. Герой сильно страдает из за этого два с половиной часа, после чего уезжает отдохнуть и влюбляется в первую же студентку-археолога. С героем не могут справиться четыре бандита, вооруженных ножами. Герой голыми руками разрушает стены старинного подземелья, защищает памятники культуры и учит сыскному делу полковников милиции. Он так и говорит, в начале книги "без меня это расследование не сдвинулось бы с мертвой точки, просто не началось бы", и в конце "я сделал всё что мог, пусть теперь действуют другие".
При этом он ничего, ровно ничего не сделал!!!
Точнее он сделал только одно - расшифровал запись в старинной книге, которую ему отдал друг перед тем, как быть убитым. Расшифровка эта при помощи сциталлы занимает целую главу и, в общем-то это хорошая глава, вполне достойная (я не издеваюсь) "Кортика" или "Золотого жука". Но рассказ о том, как расшифровать шифр, это еще не детектив,
А дальше герой занимался именно тем, чем всегда занимаются эти вялые сыщики - он куда-то приходил, и ждал, не заговорит ли с ним кто, не свалится ли ему что на голову, не убьют ли кого-нибудь еще, "потому что Космич подобрался слишком близко".
Космич это фамилия героя, она удивительно ясно отсылает к фамилии автора - Короткевич, поскольку герой практически идентичен - это минский филолог, пишущий исторические детективы в пятидесятые-шестидесятые годы. Окружающие Космича люди такие же послевоенные белорусские городские интеллигенты и прочие жильцы минской многоэтажки. Это что-то вроде "Миллиарда лет до конца света", где в одном подъезде явно ведомственного академического дома живут несколько крупных ученых, и двумя этажами выше более мудрый чем все Фил Вечеровский. Если считать Космича за Малянова, то в его подъезде Вечеровских сразу два - старый кагебешник и старый психиатр. И в общем-то сразу понятно, что один из них настоящий друг, а другой в лучшем случае - Снеговой. То, что враг живет здесь же, подтверждается случаем, когда квартиру Космича обыскивают, а из подъезда никто не выходил.
И вот оттуда, из города, Космич едет в деревню Ольшаны, куда его зовет генетическая память, но где все нелепо, засыпано навозом, и пропиталось атмосферой зла. Зло исторически многослойно, и хотя не обходится без немецких оккупантов, ими не исчерпывается - как и вообще в сюжете. Немцы, это просто последняя, мелкая поросль орков, за которыми стоит куда более древнее зло.
Космич ничего не расследует, то есть не совершает ни одного спланированного поступка и не делает на наших глазах ни одного логического вывода. Он только восклицает время от времени "Еще один кусок разбитого зеркала занял свое место в этой запутанной головоломке, какой же я был осёл, что не заметил этого раньше!". Верить приходится на слово, мы так и не узнаем, что это были за куски головоломки. Он просто приведет в финале в свой подъезд милицию, откроет нужную дверь и скажет - вот главный злодей. Сделать это нетрудно, потому что остальные подозреваемые, до дворника включительно уже убиты. Злодей будет стоять на пороге, покорно склонив голову.

И тут начинается самое неприятное. Злодей, надо отдать ему должное, не будет рассказывать, как срывал золотые коронки с трупов, или жаловаться, что у него колхозники отобрали десятину и стадо овец. Злодей окажется шире и мощнее. Во-первых это настоящий шляхтич. Во-вторых вообще классный мужик, поездивший по миру и достигший многого. Он тут же станет это отрицать, говорить, что вообще-то при его уме ясно, что негоже быть подлецом, злодеем и убийцей. Но и о том, что надо строить социализм он (как и никто в романе) тоже, слава богу не вспомнит. Они кстати, довольно много скажут о боге, и бог этот будет явно католический, но и тут не найдется какого-то морального ориентина. Общий пафос злодея будет таков - да, я пошел по кривой дороге... А по какой вы мне предлагаете идти? Кем бы я должен был стать, чтобы стать хорошим? Вот этим дворником? Вот этим бандитом? Вот этим председателем колхоза? Кем может стать умный человек, чтобы не подохнуть с тоски и при этом не убивать людей?
И тут старый мудрый полковник милиции его уел. Он спросил:
- А Космичем?
И злодей покачнулся. И нам стало ясно, что он хотел бы быть Космичем, да и кто бы не хотел. Но не каждому дано счастье быть Космичем...

Так всё-таки нельзя, по-моему. Профессор Мориарти может пожалуй, сквозь зубы похвалить Холмса за ум и настырность. Но Мориарти не должен обнажать голову и грустно плакать от того, что он не такой собранный джентльмен, как Шерлок Холмс. Это неестественно и комично.

Но что эта комичность по сравнению с диалогом, который Космич на деревенской завалинке зачем-то затевает с поселковым учителем. Они, как настоящие сельские интеллигенты, тихонько матерясь, заводят разговор на самую нужную и важную тему в детективном повествовании.
Они принимаются обсуждать современную белорусскую литературу.
- Ну как тебе Василь Быков?
- Ничего Василь Быков пишет. Неплохо пишет. Со знанием дела пишет.
- А этот... Как его... Фамилию совсем забыл? Короткевич...
- Тоже неплохо пишет, этот Короткевич...


Это я еще Юлиану Семенову в вину ставил, что у него в произведениях мелькает умница и талант журналист Степанов. Но до такого камео, до такой постмодернистской шутки, вкусной реминисценции, и кокетливого позорища Юлиан Семенов всё-таки не доходил.

Кстати, может тут и есть закономерность. Юлиан Семенов, да не прогневаю я никого своим мнением, писал детективы плохо. Но очень хорошо придумывал сюжеты, которые становились основой замечательных фильмов.

Может, стоит посмотреть "Замок Ольшанский" и "Дикую охоту" в виде фильмов?
_________________
I'm Reviewing,
The Situation...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора AIM Address Yahoo Messenger MSN Messenger
НекрЫсь
Лесник


Зарегистрирован: 11.08.2003
Сообщения: 16479
Откуда: СПб

СообщениеДобавлено: Пт Май 11, 2018 2:05 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Н-нет... Я даже не буду рассказывать про фильм "Черный замок Ольшанский", потому что рассказывать нечего. Это очень неудачная иллюстрация к не очень удачному роману. Не спас ни сценарий самого Короткевича, ни Леонид Марков в одной из ролей и Катин-Ярцев в другой. В фильм не поместилось ничего - ни лучшие ни худшие стороны романа, ни юмор, ни матерщина, ни добрая половина действующих лиц. Злодей не успевает появиться, как тут же появляется за спинами эсесовцев во флэшбэке, как впрочем и злодей поменьше, кричащий классическое "Мало я вас убивал!".

Поэтому я вернусь к роману и напоследок назову самый плохой и самый хороший эпизоды.
Заметьте, я не вспоминаю любовные сцены, где просто не продохнуть, от "я любила тебя с первой нашей встрече и не могу скрыть это сейчас в последние минуты нашей жизни". Запертый в подвале Алик Деткин просто отдыхает. Нет, худший эпизод это когда озверевший от открывшейся правды ксендз начинает играть в футбол черепом покойного аристократа. Но прибегают пионеры и начинают священника стыдить. Черепом в футбол не надо, говорят они, идут к болоту и топят там эту гадость.
Надо много хорошего сделать, чтобы стать пионерами, говорил крокодил Гена.

А самый лучший эпизод, это последняя спичка Гедеона Спилета. Видимо Короткевич не только белорусский Вальтер Скотт, но еще и Жюль Верн заодно. Гениального Космича, как я уже говорил, посреди романа замуровали. Он полез в подвал, а враги выбили подпорку из под плиты. И вот рушатся вниз кирпичи, земля ползет "отвратительно толстой змеей", какой то кусок стекла катится, как бы голову не подставить - прошибет. Свеча падает, гаснет.
Герой наощупь ловит свечу и соображает, что спичек то у него нет, остались в куртке наверху. Без света точно не выбраться, и он шарит по карманам, и под подкладкой... Спички и хлебные зёрнышки всегда остаются за подкладкой.
Но много ли корысти в современной спичке без коробка? И тут герой начинает думать - и это, как маслом по сердцу - ведь детектив это книга не про
преступников и прокуроров, а книга о мыслях верных и нет.
Герой думает. Спичку можно зажечь и без коробка. Можно об костюм, если он чистошерстяной. А какой на мне? Не знаю. Можно об обои. Но в подвале нет обоев. Можно об... Аг-га... Спичку можно зажечь о чистое стекло. А разве я не видел недавно стекло? Большой такой осколок стекла, которое падало сверху и чуть не пришибло.

И вот пока герой шарит в темноте, ища стекло, этот герой нам интересен и симпатичен.
Ах, если бы всегда так.
_________________
I'm Reviewing,
The Situation...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора AIM Address Yahoo Messenger MSN Messenger
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов webtut -> Наши увлечения Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
Страница 5 из 5

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Powered by phpBB © 2001, 2002 phpBB Group